В традиционно изящном «Слове от театра», предваряющем программку, объясняется, что спектакль собран на манер «пазла» из произведений шести современных французских драматургов (Ж. Баласко, М.-А. Шазель, К. Клавье, Ж. Жюньо, Т. Лемитта, Б. Мойо), построен на блестящих каламбурах и, по сути, является вынесенным на зрителя капустником. То есть предупредили, что приевшиеся приемы актерской игры — не застарелые штампы, а пародия на собственные работы в других постановках.
И действительно, постоянный зритель, глядя на сцену, сразу вспоминает многие спектакли последнего десятилетия — «Дорогую Памелу», «Бомбу», «Убей меня с нежностью». Пардоне муа, друзья мои, но капустник — это серьезно. Ведь если театр говорит «апчхи!», капустник говорит «будь здоров!». Это умение заметить и высмеять собственные недостатки. Герои Елены Качан (Тереза) и Петра Рачинского (Пьер) плавно перекочевали в спектакль из «Убей меня с нежностью». Правда, чудесное преображение Терезы в финале можно сравнить и с запоздалым женским расцветом «дорогой Памелы». Что касается ее кузины Жозетты, то с тем же простодушным напором подавала Оксана Стеценко свою недалекую и славную героиню Эрмелину в «Оркестре».
А еврейский философ Прескович, поджигатель-камикадзе в исполнении Степана Пасичника, совершенно непонятным образом превращается из безобидного старичка в террориста, мстителя-одиночку. Сергей Бережко серьезно (почти трагически) показывает нам ноги комедианта Жан-Жака, который играет роль трансвестита Кати (видимо, чтобы разжалобить бывшую жену Терезу). Разжалобить никого не удается, и Жан-Жак стреляется — грустный клоун, натужно играющий проститутку. Проще всего было примириться с молчаливым самоубийцей — героем Артема Рагры, потому что молодой актер не нажил пока запоминающихся штампов (ну, ничего, это — дело будущего).
Почему-то все время тянет искать во всем этом действе некий философский подтекст. Ибо претензии на французское остроумие оказываются несостоятельными, а для настоящей клоунады происходящее на сцене слишком затянуто и аморфно. И подозреваешь, до самого конца подозреваешь какой-то подвох… может, и правда, Санта Клаус их всех попутал, падлюка?
Полина Стрепетова
