Если сравнивать истории американского и отечественного джаза, то вспоминаются два существенных отличия. Они — дышат свободой и записывают культовые пластинки, мы — закрываем ставни и слушаем, купленную на «черном» рынке, их «аморальную музыку капиталистов». Только стремление к совершенному звуку и ритму, придает американским и русским джазменам ту степень взаимодействия с миром, когда внутренняя свобода и одержимость музыкой определяют рамки существования. Гость «джазовых вечеров с Сергеем Давыдовым» Анатолий Герасимов, музыкант, который впитал американский джаз в советской России, и стал одним из лучших российских музыкантов Америки.
Когда два года назад Герасимов праздновал свое 60-летие в московском ЦДХ, «Звуки.Ру» написали: «К кому еще на день рождения могут прийти одновременно Бутман, Бриль, Паперный и Леня Федоров? К Анатолию Герасимову — джазмену с уникальной историей».
«Когда я родился, он уже играл джаз. Человек с уникальной историей, всемирно известный музыкант, которому Ельцин вернул российское гражданство»,— так начал концерт Сергей Давыдов, представляя 22 апреля на сцене харьковской филармонии того же Герасимова.
Композитор, аранжировщик, саксофонист и флейтист Анатолий Герасимов родился в Москве, в победоносном для советского народа 1945 году. Впервые услышал джаз в 14лет, а в 16 уже играл его сам. И любимый саксофон Анатолий Александрович тоже осваивал сам, хотя закончил музыкалку по классу кларнета. Кстати, это единственное специальное образование музыканта. Друзья говорят, что Герасимов частенько бывал на сейшенах, стоял у сцены, переминаясь с ноги на ногу, и ждал любой возможности поиграть. Он готов был играть с любыми составами и в любом стиле от традиции до авангарда.
Провинциальный и чванливый, но уже джазовый, олимп Москвы, оттеснял юного музыканта, а из-за его молчаливого упорства коллеги окрестили его кличкой «Му-Му». Она и по сей день сопровождает музыканта на высоких этажах его карьеры. В начале 70-х в Россию при- ехали легендарные бэнды — Дюка Эллингтона и Джонса-Льюиса. 25-летний Толя Герасимов ездил вслед за ними, при малейшей возможности играл вместе, дарил свои партитуры. В общем, что-то перенимал, учился.
Как и у многих джазменов, дела шли не очень, и беспартийный, холостой, русский саксофонист пошел в синагогу, дабы отыскать себе бабушку. Но так сложилось, что вместо Тель-Авива Герасимов улетел в Нью-Йорк. «Я стал ходить по этому городу — туда, сюда. Встретил многих тех, кто был в Москве, ходил в разные клубы и даже стал работать на второй месяц.
Старался зарабатывать музыкой, не всегда получалось. Перед отъездом я послал открытку Мерсеру (сыну Дюка Эллингтона), что, мол, покинул пределы Родины, но навязываться не хотелось. А потом чисто случайно шел около Rockafeller Center и вижу, стоит Дюк — подойти — не подойти. Поздороваться? Ну,…он меня вспомнил. На следующий день я поиграл с его оркестром. Они сказали: «Мы тебе позвоним!», а так в Нью-Йорке говорили все, но они почему-то позвонили, и я поехал на запись в Чикаго».
В Америке Герасимов провел почти два десятилетия, за это время побывал в Бразилии, где познакомился со многими музыкантами. В начале 90-х перебрался в Европу, как говорит, стоя на перроне вокзала в Гамбурге, он увидел поезд на Париж, сел в него и поехал. Эту легкость — сняться с места и поехать — замечают в своих воспоминаниях и друзья артиста. Так, еще в московской юности он катался несколько раз в неделю в Тулу, чтобы играть с оркестром Анатолия Кролла. Этой же легкостью отличается и нынешний молодой состав собственного ансамбля Герасимова. Антон Ревнюк (бас-гитара) играл с Игорем Бутманом, Алексеем Кузнецовым, по сей день играет в составе группы «Вельвет». Николай Сарабьянов (гитара) —с Ириной Богушевской, группами «Маd Dog», «Паперный ТАМ». И тот и другой принимали участие в записи последнего альбома Е. Гришковца и группы «Бигуди»— «Секунда». Кроме этого, вместе с недавно ушедшими от Земфиры гитаристом Андреем Звонковым и барабанщиком Борисом Лившицем они играют поп-рок в духе Coldplay.
Кстати, и сам Герасимов небезразличен к року. Первой записью после возвращения в Россию был «Жилец вершин». Этот альбом Анатолий записывал совместно с его родственником и бардом-эммигрантом, известным в народе как Хвост (Алексей Хвостов — автор текста «Золотого города» БГ) и группой «АукцЫон».
Среди такого жанрового разнообразия нынешнюю музыку Анатолия Герасимова сложно определить стилистически. Он не ставит перед собой задачи играть чистую джазовую традицию. Так, на концерте прозвучали как авторская музыка музыканта (альбомы «Да», «Far Away»), так и джаз-рок, и легкие, хрупкие, на красивом португальском языке песни в исполнении Екатерины Воробьевой. Добавьте сюда еще экстатические соло барабанщика Алексея Кравцова и сочные, запоминающиеся импровизации нашего Сергея Давыдова.
А впрочем, чтобы избежать «спортивных» комментариев, лучше всего просто купить билет, прийти в филармонию, и, когда в зале приглушат свет, вслушаться в международный язык человечества — джаз. Тем более что организаторы и друзья «Джазовых вечеров» обещают в мае интересную встречу с иркутским дуэтом «Белый Острог» (гитара, скрипка).
Ольга Колесник
